Вначале укрАинец, в смысле крайний это «национальность», потом украИнец… Вначале белые руськие, в смысле чистые (как красные — красивые) и Белая русь в том же смысле, «не потоптанные татаро-монгольским игом», затем Белорусь и Беларусь… И также как в первом случае отречение от всего и вся, от отцов своих, корней, от своей истории и от того, что ты русский. Если нерусский, то ряженый, национальность не изменяется. Какие успехи у лукавого! Такие христиане эти крещёные. Таковы отцы. Руководство семьями убито. Отобрано у глав семей дело их, и каждому предписано внимать гуру или оракулу, заиметь «духовника». Против чего, конечно, Бог. Нет у Него в человечестве такой ниши как «учитель веры». Появится, и институт семьи не устоит. А вместе с ним завалится и общество, не из людей состоит, а из семей. Также как из семей состоит община (греч.: церковь). Не исключение и религиозная. Чтоб тут ни говорили, как бы ни проповедовали, а религиозная община руських, называемая православной, соответственно русский народ продолжают растаскиваться. Неспроста. Второе вообще без головы, расхищай — не хочу, придумывай национальности. Часть лица мира, русский мир стал тремя мирами! Ну и дела. Хорошо, что два в масках, а то бы это было навсегда. В своё время глава первого подыграл продвигающемуся западу, сев на седалище второго. Со временем оба дела стали в неприглядном состоянии. А начинается всё с малого. Сели на седалище отцов — сели под Богом? Не обманывайтесь. Если не небом дело возглавляется, то и слово бессильно, напрасно созидается. За отцом, отцы — за Богом — вот вам и крепкое общество: община или народ. Как быть всем за одним, разберутся. Под Богом же. Если не мешать, то соберутся вокруг лучшего, а лучшие — вокруг лучшего… В общине свой Старший отец (греч.: патриарх), в народе свой. Суетиться не надо, надо быть на своём месте, и всё выправится, Бог не может не обратить внимание на смирение. Или не всё от Него? Вот ты и подрос, стал способным большее принять. А главного в семье оставлять без его дела не надо. Это ж надо, отец без своего главного в семье дела! Лукавый всё так же, по накатанной дорожке заходит в семью, с тыла. Жене, детям извне преподавать вечные знания означает разваливать семью. Для главного есть главный. Такой в семье есть. Зачем отцу к Богу обращаться, если насчёт Него его не теребят домочадцы? В такой семье нет Бога, в её голове нет царя. Забери у отца его дело, учить вере, и семья постольку-поскольку. Когда не за одним, тогда и народ не жив и не мёртв. Долготерпелив Господин (уменьш.: Господь), не пускает русскую общину повторить судьбу её учителя, византийской. Хотя ради этой части Своего дела, называемой православной, и прибрал с земли две! православных! империи! Когда двуглавое, когда страною начинают управлять двое, земное и небесное, тогда ради небесного прекращает своё существование не община, а страна. В приоритете у неба небесное на земле. Ради вечных знаний отсекает, что их замусорило. Со временем будет чистая вода, потерпите. Вне института семьи неугодно Богу обучение духовному, наставление в вероучении. Когда не так, как надо, тогда в преподавание талмудов превращается образование. Это не просвещение, это тьма. Именно в виде наставлений должны быть такие дела. То есть небольшие правки после того, как наставил. Преподал основы, научил общаться с Богом, примером прежде всего, и отходи потихоньку. Богу разные нужны. Он дальше поведёт, куда Ему надо. Ну и не надо превращать людей в толпу, влезая в семьи, ювенальные вы наши. Каждый прежде всего член семьи. Так куда ты полез? Или там у каждого не своя обязанность? Разве возглавлять общую молитву, служить в это время образом Христа предполагает что-то ещё? Семь Таинств, больше ничего через эти руки и уста не передаётся. Сослужил Христу, и снова как все, исполняешь свою основную обязанность, отца. Если монах, то — исключительного отца. Такие труды в помощь главам семей, конечно, и естественно заочно. Пусть оставляет после себя, и к этому Бог приведёт отцов, если это было от Него. К монаху приходить нельзя. Монах вне монастыря? Не слышали. Это тебе привиделось. Его и вне келии редко увидишь. Да и не ходят посторонние по монастырю. В монастырь приезжают жить или пожить, подать имена на молитву с Приношением (греч.: Проскомидией), поучаствовать в общей молитве, вселенской как известно, называемой Божественным общим делом (греч.: литургией). Или не знаешь, что суета это убийство монашества? Так и есть, в чёрных одеждах, но не монахи. Постриг? Монаха не надо постригать, в монахи Бог ПОСТригает, призывает. В том числе на время. То же назарейство, только преобразованное Христом, главным назареем. Считаешь, что навсегда призван? Посмотрим, вот тебе келия. Обряд? Какой обряд? Не слышали. Это твоё личное с Богом дело. Осеняет тебя троеперстным крестным знамением, иди с Богом. Достаточно. Даже если Старший брат (греч.: архимандрит) монастыря не имеет священной обязанности. Хочешь одеваться не как все, чтобы обращали на тебя внимание? Ворота монастыря знаешь где. Таким же притягательным для отклонений сделано и исполнение священной обязанности. Лишнее — от дьявола, избавление от лишнего — от Бога.

Вначале укрАинец, в смысле крайний это «национальность», потом украИнец… Вначале белые руськие, в смысле чистые (как красные — красивые) и Белая русь в том же смысле, «не потоптанные татаро-монгольским игом», затем Белорусь и Беларусь… И также как в первом случае отречение от всего и вся, от отцов своих, корней, от своей истории и от того, что ты русский. Если нерусский, то ряженый, национальность не изменяется.

Какие успехи у лукавого! Такие христиане эти крещёные. Таковы отцы. Руководство семьями убито. Отобрано у глав семей дело их, и каждому предписано внимать гуру или оракулу, заиметь «духовника». Против чего, конечно, Бог. Нет у Него в человечестве такой ниши как «учитель веры». Появится, и институт семьи не устоит. А вместе с ним завалится и общество, не из людей состоит, а из семей. Также как из семей состоит община (греч.: церковь). Не исключение и религиозная.

Чтоб тут ни говорили, как бы ни проповедовали, а религиозная община руських, называемая православной, соответственно русский народ продолжают растаскиваться. Неспроста. Второе вообще без головы, расхищай — не хочу, придумывай национальности. Часть лица мира, русский мир стал тремя мирами! Ну и дела. Хорошо, что два в масках, а то бы это было навсегда. В своё время глава первого подыграл продвигающемуся западу, сев на седалище второго. Со временем оба дела стали в неприглядном состоянии. А начинается всё с малого. Сели на седалище отцов — сели под Богом? Не обманывайтесь. Если не небом дело возглавляется, то и слово бессильно, напрасно созидается.

За отцом, отцы — за Богом — вот вам и крепкое общество: община или народ. Как быть всем за одним, разберутся. Под Богом же. Если не мешать, то соберутся вокруг лучшего, а лучшие — вокруг лучшего… В общине свой Старший отец (греч.: патриарх), в народе свой. Суетиться не надо, надо быть на своём месте, и всё выправится, Бог не может не обратить внимание на смирение. Или не всё от Него? Вот ты и подрос, стал способным большее принять. А главного в семье оставлять без его дела не надо. Это ж надо, отец без своего главного в семье дела! Лукавый всё так же, по накатанной дорожке заходит в семью, с тыла. Жене, детям извне преподавать вечные знания означает разваливать семью. Для главного есть главный. Такой в семье есть.

Зачем отцу к Богу обращаться, если насчёт Него его не теребят домочадцы? В такой семье нет Бога, в её голове нет царя. Забери у отца его дело, учить вере, и семья постольку-поскольку. Когда не за одним, тогда и народ не жив и не мёртв. Долготерпелив Господин (уменьш.: Господь), не пускает русскую общину повторить судьбу её учителя, византийской. Хотя ради этой части Своего дела, называемой православной, и прибрал с земли две! православных! империи! Когда двуглавое, когда страною начинают управлять двое, земное и небесное, тогда ради небесного прекращает своё существование не община, а страна. В приоритете у неба небесное на земле. Ради вечных знаний отсекает, что их замусорило. Со временем будет чистая вода, потерпите.

Вне института семьи неугодно Богу обучение духовному, наставление в вероучении. Когда не так, как надо, тогда в преподавание талмудов превращается образование. Это не просвещение, это тьма. Именно в виде наставлений должны быть такие дела. То есть небольшие правки после того, как наставил. Преподал основы, научил общаться с Богом, примером прежде всего, и отходи потихоньку. Богу разные нужны. Он дальше поведёт, куда Ему надо.

Ну и не надо превращать людей в толпу, влезая в семьи, ювенальные вы наши. Каждый прежде всего член семьи. Так куда ты полез? Или там у каждого не своя обязанность? Разве возглавлять общую молитву, служить в это время образом Христа предполагает что-то ещё? Семь Таинств, больше ничего через эти руки и уста не передаётся. Сослужил Христу, и снова как все, исполняешь свою основную обязанность, отца. Если монах, то — исключительного отца. Такие труды в помощь главам семей, конечно, и естественно заочно. Пусть оставляет после себя, и к этому Бог приведёт отцов, если это было от Него. К монаху приходить нельзя. Монах вне монастыря? Не слышали. Это тебе привиделось. Его и вне келии редко увидишь. Да и не ходят посторонние по монастырю. В монастырь приезжают жить или пожить, подать имена на молитву с Приношением (греч.: Проскомидией), поучаствовать в общей молитве, вселенской как известно, называемой Божественным общим делом (греч.: литургией). Или не знаешь, что суета это убийство монашества? Так и есть, в чёрных одеждах, но не монахи. Постриг? Монаха не надо постригать, в монахи Бог ПОСТригает, призывает. В том числе на время. То же назарейство, только преобразованное Христом, главным назареем. Считаешь, что навсегда призван? Посмотрим, вот тебе келия. Обряд? Какой обряд? Не слышали. Это твоё личное с Богом дело. Осеняет тебя троеперстным крестным знамением, иди с Богом. Достаточно. Даже если Старший брат (греч.: архимандрит) монастыря не имеет священной обязанности. Хочешь одеваться не как все, чтобы обращали на тебя внимание? Ворота монастыря знаешь где. Таким же притягательным для отклонений сделано и исполнение священной обязанности. Лишнее — от дьявола, избавление от лишнего — от Бога.

1 комментарий на “Вначале укрАинец, в смысле крайний это «национальность», потом украИнец… Вначале белые руськие, в смысле чистые (как красные — красивые) и Белая русь в том же смысле, «не потоптанные татаро-монгольским игом», затем Белорусь и Беларусь… И также как в первом случае отречение от всего и вся, от отцов своих, корней, от своей истории и от того, что ты русский. Если нерусский, то ряженый, национальность не изменяется. Какие успехи у лукавого! Такие христиане эти крещёные. Таковы отцы. Руководство семьями убито. Отобрано у глав семей дело их, и каждому предписано внимать гуру или оракулу, заиметь «духовника». Против чего, конечно, Бог. Нет у Него в человечестве такой ниши как «учитель веры». Появится, и институт семьи не устоит. А вместе с ним завалится и общество, не из людей состоит, а из семей. Также как из семей состоит община (греч.: церковь). Не исключение и религиозная. Чтоб тут ни говорили, как бы ни проповедовали, а религиозная община руських, называемая православной, соответственно русский народ продолжают растаскиваться. Неспроста. Второе вообще без головы, расхищай — не хочу, придумывай национальности. Часть лица мира, русский мир стал тремя мирами! Ну и дела. Хорошо, что два в масках, а то бы это было навсегда. В своё время глава первого подыграл продвигающемуся западу, сев на седалище второго. Со временем оба дела стали в неприглядном состоянии. А начинается всё с малого. Сели на седалище отцов — сели под Богом? Не обманывайтесь. Если не небом дело возглавляется, то и слово бессильно, напрасно созидается. За отцом, отцы — за Богом — вот вам и крепкое общество: община или народ. Как быть всем за одним, разберутся. Под Богом же. Если не мешать, то соберутся вокруг лучшего, а лучшие — вокруг лучшего… В общине свой Старший отец (греч.: патриарх), в народе свой. Суетиться не надо, надо быть на своём месте, и всё выправится, Бог не может не обратить внимание на смирение. Или не всё от Него? Вот ты и подрос, стал способным большее принять. А главного в семье оставлять без его дела не надо. Это ж надо, отец без своего главного в семье дела! Лукавый всё так же, по накатанной дорожке заходит в семью, с тыла. Жене, детям извне преподавать вечные знания означает разваливать семью. Для главного есть главный. Такой в семье есть. Зачем отцу к Богу обращаться, если насчёт Него его не теребят домочадцы? В такой семье нет Бога, в её голове нет царя. Забери у отца его дело, учить вере, и семья постольку-поскольку. Когда не за одним, тогда и народ не жив и не мёртв. Долготерпелив Господин (уменьш.: Господь), не пускает русскую общину повторить судьбу её учителя, византийской. Хотя ради этой части Своего дела, называемой православной, и прибрал с земли две! православных! империи! Когда двуглавое, когда страною начинают управлять двое, земное и небесное, тогда ради небесного прекращает своё существование не община, а страна. В приоритете у неба небесное на земле. Ради вечных знаний отсекает, что их замусорило. Со временем будет чистая вода, потерпите. Вне института семьи неугодно Богу обучение духовному, наставление в вероучении. Когда не так, как надо, тогда в преподавание талмудов превращается образование. Это не просвещение, это тьма. Именно в виде наставлений должны быть такие дела. То есть небольшие правки после того, как наставил. Преподал основы, научил общаться с Богом, примером прежде всего, и отходи потихоньку. Богу разные нужны. Он дальше поведёт, куда Ему надо. Ну и не надо превращать людей в толпу, влезая в семьи, ювенальные вы наши. Каждый прежде всего член семьи. Так куда ты полез? Или там у каждого не своя обязанность? Разве возглавлять общую молитву, служить в это время образом Христа предполагает что-то ещё? Семь Таинств, больше ничего через эти руки и уста не передаётся. Сослужил Христу, и снова как все, исполняешь свою основную обязанность, отца. Если монах, то — исключительного отца. Такие труды в помощь главам семей, конечно, и естественно заочно. Пусть оставляет после себя, и к этому Бог приведёт отцов, если это было от Него. К монаху приходить нельзя. Монах вне монастыря? Не слышали. Это тебе привиделось. Его и вне келии редко увидишь. Да и не ходят посторонние по монастырю. В монастырь приезжают жить или пожить, подать имена на молитву с Приношением (греч.: Проскомидией), поучаствовать в общей молитве, вселенской как известно, называемой Божественным общим делом (греч.: литургией). Или не знаешь, что суета это убийство монашества? Так и есть, в чёрных одеждах, но не монахи. Постриг? Монаха не надо постригать, в монахи Бог ПОСТригает, призывает. В том числе на время. То же назарейство, только преобразованное Христом, главным назареем. Считаешь, что навсегда призван? Посмотрим, вот тебе келия. Обряд? Какой обряд? Не слышали. Это твоё личное с Богом дело. Осеняет тебя троеперстным крестным знамением, иди с Богом. Достаточно. Даже если Старший брат (греч.: архимандрит) монастыря не имеет священной обязанности. Хочешь одеваться не как все, чтобы обращали на тебя внимание? Ворота монастыря знаешь где. Таким же притягательным для отклонений сделано и исполнение священной обязанности. Лишнее — от дьявола, избавление от лишнего — от Бога.

  1. Вначале укрАинец, в смысле крайний это «национальность», потом украИнец… Вначале белые руськие, в смысле чистые (как красные — красивые) и Белая русь в том же смысле, «не потоптанные татаро-монгольским игом», затем Белорусь и Беларусь… И также как в первом случае отречение от всего и вся, от отцов своих, корней, от своей истории и от того, что ты русский. Если нерусский, то ряженый, национальность не изменяется.

    Какие успехи у лукавого! Такие христиане эти крещёные. Таковы отцы. Руководство семьями убито. Отобрано у глав семей дело их, и каждому предписано внимать гуру или оракулу, заиметь «духовника». Против чего, конечно, Бог. Нет у Него в человечестве такой ниши как «учитель веры». Появится, и институт семьи не устоит. А вместе с ним завалится и общество, не из людей состоит, а из семей. Также как из семей состоит община (греч.: церковь). Не исключение и религиозная.

    Чтоб тут ни говорили, как бы ни проповедовали, а религиозная община руських, называемая православной, соответственно русский народ продолжают растаскиваться. Неспроста. Второе вообще без головы, расхищай — не хочу, придумывай национальности. Часть лица мира, русский мир стал тремя мирами! Ну и дела. Хорошо, что два в масках, а то бы это было навсегда. В своё время глава первого подыграл продвигающемуся западу, сев на седалище второго. Со временем оба дела стали в неприглядном состоянии. А начинается всё с малого. Сели на седалище отцов — сели под Богом? Не обманывайтесь. Если не небом дело возглавляется, то и слово бессильно, напрасно созидается.

    За отцом, отцы — за Богом — вот вам и крепкое общество: община или народ. Как быть всем за одним, разберутся. Под Богом же. Если не мешать, то соберутся вокруг лучшего, а лучшие — вокруг лучшего… В общине свой Старший отец (греч.: патриарх), в народе свой. Суетиться не надо, надо быть на своём месте, и всё выправится, Бог не может не обратить внимание на смирение. Или не всё от Него? Вот ты и подрос, стал способным большее принять. А главного в семье оставлять без его дела не надо. Это ж надо, отец без своего главного в семье дела! Лукавый всё так же, по накатанной дорожке заходит в семью, с тыла. Жене, детям извне преподавать вечные знания означает разваливать семью. Для главного есть главный. Такой в семье есть.

    Зачем отцу к Богу обращаться, если насчёт Него его не теребят домочадцы? В такой семье нет Бога, в её голове нет царя. Забери у отца его дело, учить вере, и семья постольку-поскольку. Когда не за одним, тогда и народ не жив и не мёртв. Долготерпелив Господин (уменьш.: Господь), не пускает русскую общину повторить судьбу её учителя, византийской. Хотя ради этой части Своего дела, называемой православной, и прибрал с земли две! православных! империи! Когда двуглавое, когда страною начинают управлять двое, земное и небесное, тогда ради небесного прекращает своё существование не община, а страна. В приоритете у неба небесное на земле. Ради вечных знаний отсекает, что их замусорило. Со временем будет чистая вода, потерпите.

    Вне института семьи неугодно Богу обучение духовному, наставление в вероучении. Когда не так, как надо, тогда в преподавание талмудов превращается образование. Это не просвещение, это тьма. Именно в виде наставлений должны быть такие дела. То есть небольшие правки после того, как наставил. Преподал основы, научил общаться с Богом, примером прежде всего, и отходи потихоньку. Богу разные нужны. Он дальше поведёт, куда Ему надо.

    Ну и не надо превращать людей в толпу, влезая в семьи, ювенальные вы наши. Каждый прежде всего член семьи. Так куда ты полез? Или там у каждого не своя обязанность? Разве возглавлять общую молитву, служить в это время образом Христа предполагает что-то ещё? Семь Таинств, больше ничего через эти руки и уста не передаётся. Сослужил Христу, и снова как все, исполняешь свою основную обязанность, отца. Если монах, то — исключительного отца. Такие труды в помощь главам семей, конечно, и естественно заочно. Пусть оставляет после себя, и к этому Бог приведёт отцов, если это было от Него. К монаху приходить нельзя. Монах вне монастыря? Не слышали. Это тебе привиделось. Его и вне келии редко увидишь. Да и не ходят посторонние по монастырю. В монастырь приезжают жить или пожить, подать имена на молитву с Приношением (греч.: Проскомидией), поучаствовать в общей молитве, вселенской как известно, называемой Божественным общим делом (греч.: литургией). Или не знаешь, что суета это убийство монашества? Так и есть, в чёрных одеждах, но не монахи. Постриг? Монаха не надо постригать, в монахи Бог ПОСТригает, призывает. В том числе на время. То же назарейство, только преобразованное Христом, главным назареем. Считаешь, что навсегда призван? Посмотрим, вот тебе келия. Обряд? Какой обряд? Не слышали. Это твоё личное с Богом дело. Осеняет тебя троеперстным крестным знамением, иди с Богом. Достаточно. Даже если Старший брат (греч.: архимандрит) монастыря не имеет священной обязанности. Хочешь одеваться не как все, чтобы обращали на тебя внимание? Ворота монастыря знаешь где. Таким же притягательным для отклонений сделано и исполнение священной обязанности. Лишнее — от дьявола, избавление от лишнего — от Бога.

    Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s